Москва и Регионы. Анонс

Правительство Москвы. Комплекс градостроительной политики и строительства города Москвы

Владимир Ресин и руководители структурных подразделений стройкомплекса ответили на вопросы журналистов

banners_menu

АНОНС

Слово префекту
ДАЖЕ ЕСЛИ ВСЕ «ЗА» – ЭТОГО МАЛО!
О проблемах реализации программы «Народный гараж» рассказывает префект Северо-Восточного округа Москвы Ирина Рабер

Ирина Яковлевна Рабер принадлежит к редкой ныне категории руководителей, которые пользуются безусловным доверием у людей. Впрочем, удивительного тут ничего нет: во-первых, дела в округе идут совсем неплохо, а, во-вторых, и, наверное, в главных, Ирина Яковлевна известна своим личным, и мы бы сказали, бесстрашным участием в решении самых сложных проблем. В частности, в округе серьезно и последовательно занимаются гаражной тематикой. Именно это и стало темой нашего разговора.

– Позвольте, прежде всего, выразить вам признательность за то, что вы нашли время для беседы на такую сложную тему…
– А вы знаете, это скорее я вам благодарна за то, что вы именно сейчас решили осветить эту тему. Я как раз готовлюсь к заседанию правительства, где Северо-Восточный округ будет докладывать о ходе реализации программы гаражного строительства, которая была принята на 2008-2010 г.г. Прошло два года, за этот период активизировалась работа по программе «народный гараж». Сама идеология была сформулирована намного раньше, но потом изменился подход, принципы работы, и мы сейчас анализируем все, что связано с темой «гаражи и стоянки», в том числе и в рамках программы «народный гараж». Так что я сейчас в эту тему погружена, мне самой интересно и важно понять, что же мы имеем на сегодняшний день.
– И что же? Можете ли вы назвать какие-то цифры?
– Количество машин, которые сейчас зарегистрированы и числятся по Северо-Восточному округу, – около 360 тыс. Несложно подсчитать, что при населении 1,2 млн человек на каждую семью приходится 1 зарегистрированная легковая машина. Подчеркиваю: зарегистрированная. А ведь помимо легковых есть еще 23-25 тыс. единиц грузового транспорта. Они находятся в личной собственности и служат источником дохода для граждан. Кроме того, надо понимать, что в Москву ежедневно приезжает огромное количество машин из области, из других регионов, так что нам добавляется на хранение масса неучтенных автомобилей.
– Из того, о чем вы сейчас сказали, следует одно: для решения задачи необходимо проделать колоссальный объем работы…
– Это действительно так… Мы стали смотреть, изучать, как выполняется программа по созданию мест организованного хранения транспорта, причем в разном исполнении: капитальные гаражи, крытые автостоянки. Каждый год нам спускали цифры, мы задание выполняли и даже перевыполняли. И за это время процент обеспеченности местами хранения подрос до 38%. Но! Это включая и те места хранения, которые мы называем некапитальными. А в это понятие входит все, в том числе и металлические гаражи, которые у нас протянулись вдоль МКАДа. И если посмотреть, сколько же мы имеем в капитальном исполнении, то цифра совсем другая – 50 тыс. машино-мест.
– Да, это заставляет по-иному оценивать ситуацию…
– Вопрос очень острый, и для того чтобы решить столь масштабную задачу, надо понять главное: где эти машино-места могут разместиться?
– То есть главное – не деньги?
– Нет, куда важнее понять, где же взять землю. Стали смотреть, анализировать, просчитывать. Какое количество машино-мест в металлических гаражах, где они размещены. Оказывается, 100 гектаров земли, которые занимают гаражи, находятся в природном комплексе. А по закону в природном комплексе капитальные гаражи мы строить не можем. На 2010 г. нами проработаны 101 адрес. Но две трети были еще до начала работ забракованы.
– Почему?
– По самым разным причинам. Где-то потребовалась перекладка коммуникаций, а это колоссальное обременение. Мы хотели разместить там 100 народных гаражей, но ничего не получилось. Прежде всего, нас ограничивает цена – не более 350 тыс. руб. Те обременения, которые уже сейчас там есть, не дают возможности построить гараж за такую цену. Но даже и среди тех участков, где вроде бы можно строить, можно вписаться в определенную цену, часть отбраковывается. То красная линия, то разрывы до жилых домов, то протесты граждан. В общем, из 100 список уменьшился до 30… В общем, очень много проблем… С одной стороны, правильнее было бы использовать землю, которая уже занята гаражами, тем более, что они одноэтажные, металлические, морально и физически устаревшие.
– Да, это кажется логичным…
– Но как подвигнуть людей, уже имеющих машино-место сегодня, расстаться с ним и вложить средства в покупку народного гаража, который еще только будет построен? Должна быть какая-то методика их вывода. Есть часть гаражей, которые были построены незаконно. Но есть и другая часть, их строили по решению Моссовета, исполкомов всех 33 московских районов. То есть основания для строительства имелись. Другое дело, что многие превысили то, что им разрешалось. Скажем, разрешалась открытая автостоянка, а они со временем ее накрыли, а некоторые даже сумели зарегистрировать права собственности.
– Да, к таким вообще просто так не подойдешь.
– Чтобы сегодня туда прийти, надо решать вопрос компенсации. А какой? Кто ее будет платить? Если эта компенсация ляжет на себестоимость вновь построенного гаража, то сколько он будет стоить? Вопросов, как видите, огромное количество.
– Давайте еще скажем о том, что гаражи – важнейшая, но не единственная столичная проблема. Земли мало, но невозможно всю более-менее свободную направить под гаражи.
– Так и есть. Вот мы сейчас приняли Генеральный план, в стадии окончательного утверждения находятся «Правила землепользования и застройки». Если бы у нас на каждую территорию, на каждый район были разработаны детальные территориальные схемы, нам было бы легче. Но они не разработаны. Когда мы стали размещать детсады, мы ведь тоже свободные участки не нашли. Что мы сделали: сносили ранее построенные маленькие детсады, на 80-90 мест, и на их месте ставили большие, на 250 мест. И в какой-то степени проблему продвинули. Но просто свободных участков, где можно было бы прийти да начать строить, мы тогда не нашли. То же самое и с гаражами… Казалось бы, где им размещаться, как не там, где они находятся по 20-30 лет? А оказывается, 100 гектаров есть, но они в природном комплексе!
– А это, насколько я понимаю, трудноразрешимая проблема?
– Мы говорим: давайте, может быть, откорректируем границы природного комплекса. И постараемся где-то дополнительно прирастить озелененные территории. Ведь сегодня по закону корректировка границ возможна лишь в случае, если ты здесь урезал, а там прирезал. Но самое печальное, что там, где сейчас машино-места, ни о какой зелени и речи не идет. Ни травины, ни лесины, ни дерева, ни кустика. Там только металлические гаражи – и все. А территория, тем не менее, числится в природном комплексе.
– Что же с этим делать?
– Нужно вносить изменения в закон города, нужно, чтобы Правительство эту тему поддержало, Городская дума рассмотрела, и только после этого территорию можно будет корректировать.
– Это работа надолго…
– Да, это большой и сложный вопрос, и явно не на один месяц. Кроме того, мы же понимаем, что будут протесты. Как же, вроде посягают на наше зеленое богатство. Как быть? Тут нужен общественный консенсус, какое-то решение должно принять гражданское общество. Иначе никак… Теперь еще одна тема – цена народного гаража.
– Но ведь этот вопрос вроде бы закрыт?
– Мы неоднократно обсуждали с Владимиром Иосифовичем Ресиным эту тему. Я считаю, что суть программы «Народный гараж» не в том, что ты купил гараж за 350 тысяч, а в том, что ты внес личные деньги в данную программу. И гаражи должны быть разные. За 300 тыс., за 350 тыс., а, может быть, где-то и за 450 тыс. Ведь кто-то покупает «Жигули», а кто-то – «Мерседес». Кто-то купит гараж подороже, если у него будут лучше потребительские свойства или гараж будет ближе к его дому. И вот, положим, на той площадке, что находится ближе к жилому массиву, нужно переносить коммуникации, из-за этого цена укладывается в 350 тыс. Получается 450 тысяч. Ну и что? Зато гараж в шаговой доступности, а не в километре. Почему 350 тысяч и не копейкой больше? Ведь квартиры в кооперативных домах не стоили одинаково, и никого это не смущало. Подход должен быть другим. Мы должны стремиться к уменьшению стоимости, это так. Нужно работать над усовершенствованием типовых проектов, конструкции могли бы делать наши комбинаты, и это содействовало бы удешевлению. Но в принципе подход к формированию понятия «народный гараж» должен быть разный. Это не только моя точка зрения, и жители говорят мне то же самое.
– Но ведь решение носит политический характер. Названа цифра – 350 тыс., превышать ее не разрешено.
– Вы приходите в аптеку и видите, что там есть препарат отечественный, а есть импортный, и вы можете выбрать. Почему здесь так нельзя? Когда-то, когда просто строились инвестиционные гаражи, был период, когда их плохо раскупали. Но теперь они все раскуплены, хотя они существенно дороже. В общем, надо смотреть… И население должно подсказать: в каком случае лучше – «народный гараж» или построенный на инвестиционной основе.
– Сотрудничаете ли вы с общественными организациями в рамках программы?
– Да, но недостаточно. Сегодня многие наши «металлические» гаражные анклавы вошли в объединение МГСА. Я бы считала, что эта организация должна быть привлечена городом, чтобы она участвовала, как управляющая компания в строительстве. Хотя и тут есть свои сложности.
– Какие же? Серьезная организация, вменяемые, ответственные люди в руководстве…
– Когда мы пытаемся реализовать очевидно здравую идею, надо следить, чтобы она вписалась в рамки закона. Мы идем ускоренным путем и упростили процесс регистрации земельного участка, процесс постановки на кадастровый учет. Мы пошли по федеральному законодательству через Акт выбора земельного участка. Но это все возможно, когда ты привлекаешь средства граждан. А МГСА – это уже не средства граждан, а общественная организация. Здесь надо многое проработать юридически.
– Но ведь это возможно?
– Да, нужно найти баланс интересов, способы сотрудничества. Вообще, если есть какая-то структура, со своей историей, есть люди, которые этой темой болеют, мы просто обязаны искать пути взаимодействия.
– Мы с вами говорили о том, что очень непросто организовать вывод…
– По идее, самый мягкий вариант – где-то в том же месте построить стартовый гараж. Как мы делали волновое переселение пятиэтажек, так же надо и вести строительство гаражей. Ведь если просто все снести, то машины придут во дворы, на газоны. Надо обеспечить волну. А для этого архитектура должна разработать территориальные схемы размещения гаражей в каждом районе. Проштудировать всю землю. Включая те места, где находятся металлические гаражи. Посмотреть, не природный ли там комплекс. Посмотреть, нет ли рядом территории промышленных предприятий. Кое-где промышленные предприятия находятся близко к зоне застройки, некоторые с ней практически граничат. И, может быть, надо побудить их как-то выкупить землю, если она находится в долгосрочной аренде, но не очень эффективно используется. Надо найти побудительный мотив, который бы способствовал тому, чтобы часть земли от промзон пошла на решение этой задачи.
– О каких перспективных территориях мы еще с вами не упомянули?
– Нам в корне нужно менять ситуацию, связанную с дорожно-мостовым строительством. В Европе нет такого, чтобы эстакада, пространство под ней было пустым. Там стоят машины. Почему у нас не стоят? Еще большая ошибка – мы считали, что в городе нет лишних денег, и строили жилые дома без подземных гаражей. Мы таким образом «съели» последнюю землю и сейчас продолжаем ее съедать. А что, мы не могли придумать какую-то типовую конструкцию? Строят наши ДСК свои типовые проекты, могли бы в них включать и гаражные объекты. Не так сильно это удорожало бы стоимость квадратного метра. Но мы бы тогда использовали подземное пространство. А теперь дома уже построили, и под землю не придем, и на дворовую территорию тоже не придем. Главная беда – мы не научились строить одновременно жилье и гаражи. А как только мы построили жилье и приходим со строительством гаража, то во многих случаях люди нас уже не пускают. А если бы строилось все вместе, когда осваивалось все пространство микрорайона, тогда бы мы все сделали безболезненно.
В общем, работать нам по этой программе и работать.
– Вы говорите, как всегда, откровенно. Не скрываете проблем. Их столько, что, кажется, все решить невозможно. Но вы беретесь за дело, и, я знаю, масса вопросов решается.
– Глаза боятся – руки делают. Я понимаю трудности, которые стоят на пути, но я также понимаю, что не решать проблему нельзя. Мы ищем, пытаемся какие-то инновации привнести. Как только город провозгласил программу «народный гараж», мы в нее включились. Мы бы сделали многое, если бы не дикая бюрократическая процедура согласований. Ее надо было лбом прошибать. За весь предшествующий период мы единственные построили 1 «народный гараж». Но это стоило нам такой крови! С кем мы только не воевали. Следующий шаг – построили механическую парковку на 34 места и показали, что строить их можно. Тоже мучились с согласованиями. Самое обидное, что все вроде бы говорят «за», а когда начинаешь согласовывать конкретный проект, то столько препон, так все долго… Человек, когда ему что-то обещают, когда у него взяли хоть какие-то деньги, он должен видеть результат. А если он уже раньше обжегся (а вы помните, что москвичи уже хлебнули с долевым строительством), то возникает недоверие. Если уж город считает программу приоритетной, то нужно всем делать все, чтобы ее продвигать, и как можно быстрее. Мы очень старались, мы думали, что еще в начале прошлого года выйдем на площадки. А вышли в мае и без документации.
– Я это не в первый раз слышу и не понимаю, почему так вышло?
– Документация просто не была готова.
– Почему?
– Привлекли какие-то организации для участия в программе, а они оказались неквалифицированными. С грехом пополам они разработали проектную документацию, принесли в экспертизу, а там ее завернули. Потом второй раз – и снова нашли ошибки. Этот процесс занял очень много времени. Я уж не говорю о том, что у нас были проблемы даже на тех участках, где были АРИ (акты разрешенного использования). Казалось бы, архитекторы все должны были учесть. Но выходишь на площадку и выясняется: одно не учли, другое, здесь коммуникация проходит, а в документации ее вообще нет. Много было и таких ляпов…
– Когда же будет какой-то результат?
– В первом полугодии этого года владельцы поставят в гаражи свои машины. В 2010 г. мы должны ввести в эксплуатацию 16 тыс. машино-мест. Конечно, это подвижка, но с учетом статистики, которую я приводило, это мало. Наша задача усложняется тем, что ее параметры все время меняются. Люди покупают машины и будут еще больше покупать. Если бы было так: вот посчитали мы, что машин 300 тыс., и это окончательная цифра, с которой надо работать. Но это же не так. Парк машин растет. Вроде бежали к финишу, а пока бежали, его на несколько метров отодвинули.
– Но вы ведь не опускаете руки.
– Разумеется. Мы работали и будем работать. Только так можно чего-то добиться.